Показаны сообщения с ярлыком франкоканадский национализм. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком франкоканадский национализм. Показать все сообщения

суббота, 5 октября 2013 г.

Канадский мультикультурализм и квебекский национализм

Невзирая на то, что Канаду принято считать иммигрантской нацией, она и в дальнейшем сохраняет этническую сердцевину: британское и французское происхождение. Этнонациональные сообщества устоявшихся этнических групп Канады и до сих пор являются базовой единицей общественной организации канадской политической реальности, поскольку в Канаде характер политических институтов развивается на основе британской парламентской практики, английского прецедентного права и опоры на индивидуальные права человека, а это все имеет корни еще в английской истории. С другой стороны, в провинции Квебек 69% респондентов также настойчиво утверждали о самобытном канадском этническом происхождении, а не о квебекском.
Административная карта Канады
Современная канадская этнодемографическая реальность отождествляется с такими понятиями как «этническая разнородность», «этнокультурная мозаика», «двуязычность», но факт языковой ассимиляции разных этногрупп как инструмент интеграции является, как правило, англоканадским. Так, английский является единственным официальным языком во всех провинциях и территориях Канады, за исключением официально двуязычной провинции Нью-Брансуик, многоэтнических Северо-западных территорий, а также новообразованной территории Нунавут. Французский, как единственный официальный язык, полноправно функционирует в Квебеке. Такой языковой аспект, усиливается еще и тем, что анализ новейших статистических переписей этнического происхождения канадского населения в 2006 г. удостоверяет, что из десяти провинций современной Канадской федерации в четырех первое место занимает английское этническое происхождение, а из трех территорий – Северо-западных, Юкон и Нунавут – первое место по английскому происхождению принадлежит территории Юкон. К тому же, сокращение числа лиц английского и французского этнического происхождения в общей этнодемографической структуре Канады с 1986 по 2001 годы на 3,3 и 3,4 млн. человек соответственно, в целом отвечает этнической категории канадец – 6,7 млн. лиц, которая в 2001 г. заняла первое место в восьми из десяти провинций[1].
Этническая карта Канады

В настоящее время, после референдумов относительно суверенизации Квебека, происходит переосмысление политических реалий и, прежде всего, перспектив будущего развития провинции как части Канадской федерации. Так, Ж. Бушемин пытается понять современного квебекца и квебекскую идентичность через трансформацию от «монологического понимания» нации к открытому и стабильному диалогу франко-канадцев с другими этносами и этническими группами. По его мнению, квебекская идентичность не должна сужаться лишь к франко-квебекским корням, а должна трактоваться намного шире – как позитивное восприятие всех, кто пожелает присоединиться к разнообразному миру современного Квебека. В этом контексте, как считает автор, «суверенитет не является необходимой осью для реализации Североамериканской франкофонии»[2].
Традиционное (с политическим подтекстом – вплоть до отделения) понимание квебекской идентичности выражал еще в 1995 г. тогдашний премьер-министр Квебека Ж. Паризо, который подчеркивал, что дилемма квебекской идентичности значит «создать страну» или же «остаться провинцией», «быть народом или не быть им». В противовес такому взгляду исследовательница современной квебекской идентичности Дж. Маклур считает, что «квебекскость» (Quebecness) сегодня состоит из многих элементов: прошлого и нынешнего времени, культурных и межкультурных, этнических и гражданских, мнимых и материальных, локальных и глобальных. Это являет собой своеобразный «фронтальный удар» и вынуждает население Квебека воспринимать собственную идентичность «как плюралистическую», объединительную и интегративную. Здесь уместно вспомнить справедливое мнение Ч. Тейлора, который отметил: «Если наша подлинность является искренней и действительно возвращает нам наше «ощущение существования», тогда, по-видимому, мы можем получить это ощущение в полном объеме, когда признаем, что оно сочетает нас с большим целым».
Следовательно, многотокультурность – одна из важнейших черт канадской самобытности, предопределенная особенностями канадской политической культуры с ее менее выраженным индивидуализмом и большим признанием коллективных прав.
Религиозная принадлежность населения Канады

Политика Департамента многокультурности и гражданства, федеральные программы, разработанные этим департаментом, во-первых, дали канадцам возможность осознать, что институт канадского гражданства является именно тем, что объединяет их всех, независимо от происхождения и культурных истоков, во-вторых, поощряли социальную активность граждан Канады и настраивали их на активном и ответственном участии в жизни канадского общества, в-третьих, устраняли барьеры на пути к достижению равенства. Проблемы устранения барьеров включали борьбу с расизмом, неграмотностью населения, сложностями интеграции, случайными нюансами отрицания равных прав для всех граждан страны.
Собственно в Канаде при этом растет этнокультурная «мозаичность» и вместе с тем интенсифицируется процесс «канадизации» ее населения и осознания им своего этнокультурного единства. Последний из этих процессов в значительной мере предопределен целеустремленной политикой создания и распространения канадской культуры, формирования идеи, которая консолидирует общество, и системы ценностей. Политика многокультурности, которая усиленно проводилась в Канаде во второй половине прошлого века, свидетельствует если не о мудрости , то о дальновидности и обоснованности политической стратегии канадских политиков.
Один из современных теоретиков многокультурности Дж. Рекс отмечает, что глобальный характер миграционных процессов, а также «сложные процессы политической интеграции меньшинств» нуждаются в пересмотре доминирующих теорий в этой области, такие изменения должны основываться на «внимательном анализе эмпирических и исторических процессов, которые касаются национализма и миграции». Именно такому «тщательному анализу» в науке и будет способствовать весь глубинный политический опыт современной Канады как своеобразной многокультурной столицы мира[3].
Языковая принадлежность населения в Канаде, владение языками

Cледует отметить, что основные принципы канадской многокультурности, которая действительно стала конститутивной чертой образа жизни канадцев, проникают во все государственные институты, значительно влияя на их структуру, принципы, функции. Полиэтническое население Канады является огромным конкурентным преимуществом в условиях глобальной экономики и это преимущество осознано, оценено и широко применяется страной и ее гражданами. Огромную значимость играет поддержание Канадой принципов многокультурности и в международном дискурсе. Критериальная система оценки международных проектов Канады включает пять основных показателей, среди которых отмечается психологический (основывается на существующих у населения представлениях относительно индивидуальной и коллективной безопасности, уровня терпимости общества и культурного или политического плюрализма). Социальный показатель в предложенной системе критериев включает наличие/отсутствие любых видов дискриминации, а также уровень взаимодействия разных этнических социумов и их представительство в органах власти и управления.
Воплощение принципов многокультурности на уровне федеральной политики Канады сближает ее с населением, которое в свою очередь обогащает все политические и социальные институты новыми этичными, ценностными, организационными принципами. Как справедливо заметил известный канадский исследователь М. Игнатьефф, «если федерализм не будет срабатывать в моей Канаде, он, по-видимому, не будет работать нигде»[4].
Символично, что ощущение этничности во всех государственных институтах оказывается неотложным требованием нынешнего времени и в будущем будет определять как благополучное и мирное развитие демократических государств, так и отношение к ним всего мирового сообщества[5].
Политика многокультурности является единственной действенной инструментальной моделью, что позволяет формировать инклюзивную канадскую нацию ХХІ в. принимая во внимание то, что основные тенденции общественного развития Канады свидетельствуют о том, что эта страна и в дальнейшем будет оставаться этнически и расово разнородным обществом. Такая многокультурная канадская нация не является ни полностью этнической, ни полной проекцией европейских политических наций, ни только новейшей формой североамериканской самобытности, а скорее инкорпорированной структурой всех трех указанных элементов. Данное утверждение считается достаточно адекватным, поскольку современная Канадская общественная реальность дает примеры не только существования этнической сердцевины, но и того, что многие канадцы развивают «гибридный смысл самобытности»[6].
Таким образом, признавая и воплощая принципы многотокультурности во всех областях жизни, предоставляя полные права и возможности этническим сообществам и национальным меньшинствам, правительство Канады повышает свой престиж, привлекает большое количество граждан к управлению обществом и снимает из себя лишний груз по предоставлению необходимых населению услуг.

[1] Коленеко В.А. Французская Канада в прошлом и настоящем : очерки истории Квебека, XVII-XX века / В.А. Коленеко ; Ин-т всеобщ, истории РАН. – М.: Наука, 2006. – С. 286.
[2] Барановский К.Ю. Квебек – основная внутриполитическая проблема Канады // Восприятие Квебека в России. Научно-просветительский альманах / Под ред. В. Коленеко. – М.: АИКВР, 2001. – С. 172-174.
[3] Банцекин Н.Б. Франкоканадская проблема и канадская федерация // Современная внутренняя политика Канады. Сб. ст. / Отв. ред. С.Ф. Молочков. – М.: Наука, 1986. – С. 127-129.
[4] Данилов С.Ю. История Канады. – М.: Издательство «Весь Мир», 2006. – 256 С. 15.
[5] Захаров А.А. Федеративное государство и сепаратизм: канадский вариант // Полис. – 2002. – № 3. – С. 139-141.
[6] Данилов С.Ю. История Канады. – М.: Издательство «Весь Мир», 2006. – С. 35.

Референдум 1995 года и сепаратизм в Квебеке

В середине 90-х годов сепаратисты попробовали в очередной раз реализовать свои стремления к созданию независимого государства. После победы на выборах в сентябре 1994 года «Партии Квебека» во главе с Жаком Паризи, партия снова инициировала соответствующие слушания в Парламенте провинции, а также заключила 12 июня 1995 года соглашение относительно координации действий во время проведения Референдума об отделении от Канады с федеральной партией «Блок Квебека» и провинциальной – «Аксйон демократик дю Квебек».
Вопрос, вынесенный на Референдум опять звучал достаточно сложно и завуалировано: «согласны ли Вы, что Квебек должен стать суверенным, сделав формальное предложение Канаде о новом экономическом и политическом партнерстве в рамках Закона относительно будущего Квебека и соглашения, подписанного 12 июня 1995 года?». При этом, подразумевался проект Закона о будущем Квебека, который в преамбуле содержал декларацию о суверенитете.
Следует отметить, что в то время по всей Канаде начались бурные дискуссии по статусу Квебека. В частности, федеральное правительство во главе с Жаном Кретьеном, пытаясь определенным образом разрядить ситуацию, признало Квебек «особенным обществом» (distinct society), то есть обществом, которое отличается французским языком, уникальной культурой и континентальной системой права[1].
Жан Кретьен
Вместе с тем, среди значительной части англоязычного населения росло раздражение сепаратистскими требованиями Квебека, которые не без основания рассматривались в качестве перманентного шантажа остальной страны. Своеобразным «охлаждающим душем» для сепаратистов стали дебаты в Парламенте Канады вокруг вопроса обеспечения прав коренных народов провинции, численность которых на то время составляла около 60 тыс. человек (6 племен), а также обсуждения возможных экономических последствий отделения, связанных с исключением Квебека с комфортной бизнес-среды Североамериканской зоны свободной торговли (НАФТА)[2].
НАФТА карта

При этом Соединенные Штаты «подставили плечо» своему северному соседу. В ходе визита Президента США Клинтона в Оттаву в феврале 1995 года, американский лидер имел 25-минутную встречу с лидером «Блока Кебека» Бушаром, во время которой последний пытался убедить американскую сторону, что независимый Квебек будет дружественной страной-соседом США и высказался в поддержку сохранения условий свободной торговли. Однако, ни одного конкретного ответа он не получил. Президент США лишь выразил благодарность за возможность получить информацию относительно позиции сторонников независимости Квебека из «первых уст». Отметив, что вопрос Квебека является сугубо внутренне канадским делом, американский Президент, тем не менее отметил то, что его страна имеет «замечательные отношения с сильной и объединенной Канадой». Выступая перед членами парламента Канады в первый день визита, Клинтона, вспомнив слова бывшего Президента США Гарри Трумэна во время его пребывания в Оттаве в 1947 году, отметил: «Выдающиеся достижения Канады в деле обеспечения национального единства и прогресса путем компромисса, выдержки и терпения могут быть предметом для полезного изучения братскими нациями. Эти слова звучат сегодня так же актуально, как и тогда». Еще более конкретно он высказался в ходе обеда в Музее цивилизаций, перефразировав де Голля и провозгласив двумя языками тост: «Пусть живет Канада»! (Long live Canada – Vive le Canada!)[3].
В данных условиях, 30 октября 1995 года 50,56 % населения провинции отдали свои голоса за сохранение Квебека в составе Канады. При этом, 60 % франко-канадцев проголосовали за суверенитет Квебека, а больше чем 90 % англоязычных граждан провинции поддержали идею относительно существующего статуса Квебека. Тем не менее суверенитету «нет» было больше лишь на 1,16 %[4].
Результаты референдума 1995 года в Квебеке

Считалось, что после Референдума 1995 года квебекский сепаратизм, по мнению многих экспертов, был «скорее мертвым нежели живим», однако, результаты федеральных парламентских выборов 2004 года, в ходе которых представители федеральной партии – «Блок Квебека», получил 54 места в Палате Общин, засвидетельствовали, что эта идея имела много своих сторонников.
В 2006 году после дебатов в Палате общин Парламента Канады состоялось признание квебекской нации, а вместе с ним – обоснованности требований Квебека добиваться особого статуса в Канадской конфедерации[5].
На выборах 2011 года блок получил лишь четыре кресла, после чего его глава Жиль Дюсеп ушёл в отставку. После этих выборов Квебекский блок потерял статус официальной партии в Палате общин, который гарантировал ему бюджет на исследования и минимальное право на выступление.
4 сентября 2012 г. в Квебеке прошли парламентские выборы. В результате выборов-2012 в Квебеке к власти пришла Квебекская партия, набрав 33 % голосов, а либералы, правившие последние 9 лет, с 31 % ушли в оппозицию[6]. Сторонников победившей Квебекской партии и суверенитета Квебека в самой Канаде принято называть не «сепаратистами», а «суверенистами» – собственно, так называют их и в самом Квебеке: «les souverainistes»[7]. В планах победителей не только борьба за суверенитет, но и социальные меры: увеличение соцвыплат, поднятие налогов на крупный бизнес, заморозка тарифов на электроэнергию возвращение прежней стоимости образования бастующим студентам. Большим успехом считает третье место центристская Коалиция за будущее Квебека, получившая на целых 10 кресел больше, чем четыре года назад. Ее лидер Франсуа Лего оценил результат в 19 мандатов как триумф: «Мы наблюдаем подъем новой политической силы Квебека. Победа ждет нас». Фактически выборы стали первым тестом на прочность для Коалиции за будущее Квебека, созданной совсем недавно, 4 ноября 2011 года (ее предшественницей в Национальном собрании была партия Демократическое действие Квебека). В случае победы Ф. Лего обещал ввести десятилетний мораторий на вопрос о независимости, тем самым «остановив борьбу вокруг референдума». Ф. Лего не создал коалицию ни с сепаратистами, ни с либералами, но поддерживает П. Маруа на пути социальных реформ[8].
В Квебеке также сменилось политическое руководство. На смену Жану Шаре – главе Либеральной партии, которая правила в провинции девять лет, пришла Полин Маруа – лидер Квебекской партии. Громкую победу омрачил трагический инцидент. Мужчина в возрасте 62 лет открыл стрельбу на съезде Квебекской партии, убив одного человека и тяжело ранив другого. Произошло это, когда П. Маруа произносила торжественную речь. Телохранители помогли женщине покинуть сцену, стрелок был арестован. Когда его уводили, он кричал по-французски: «Англичане просыпаются!» После пришлось вызывать пожарных, поскольку оказалось, что подозреваемый еще и поджег здание.
олин Маруа рассчитывает, что ее правительство меньшинства будет находиться у власти до 2013 г. В этом году она делает ставку на досрочные парламентские выборы и упрочнение позиций Квебекской партии. Но возможно, что правительство меньшинства будет находиться у власти и дольше.
В ближайшее время на референдум по вопросу о суверенитете не стоит рассчитывать. Идея не пользуется поддержкой у населения. Согласно социологическим опросам, за отделение Квебека готовы проголосовать 28% жителей провинции. В ожидании возможных изменений общественного мнения П. Маруа может вступит в торг с федеральным правительством и потребовать больших привилегий для Квебека, пока – в составе Канады. Но сегодня ключевым вопросом для партии Квебека являются социально-экономические реформы[9].
Эмблема Квебекской партии (Parti québécois)

Характеризуя сегодняшний Квебек, можно отметить, что Квебек является вторым по величине франкоговорящим регионом мира после Франции; его население составляет 7 957 600 человек из 34 349 200 жителей Канады[10]. В экономическом отношении 83,8% экспорта провинции направляется в США. В ней производится половина канадской гидроэнергии, добываются медь, бокситы, никель, уран. Рядом с такими традиционными отраслями, как сельское хозяйство, переработка древесины, легкая промышленность, металлургия и электроэнергетика, в провинции активно развиваются производство телекоммуникационного оборудования, аэрокосмическая отрасль, программное обеспечение, современная химическая и фармацевтическая промышленности, биотехнологии и прочее. Половина высокотехнологического экспорта Канады производится в Квебеке. В трёхмиллионном мегаполисе Монреале, который является экономическим и культурным центром провинции сосредоточены представительства сотен банков, транснациональных корпораций, штаб-квартиры ряда международных организаций, в т. ч. Международной организации гражданской авиации (ИКАО).
Квебек имеет давние традиции в поддержке и развитии активных международных контактов, в частности, еще в 1882 году был назначен первый постоянный представитель Квебека во Франции. Данная провинция также имеет около 500 соглашений с регионами других стран о сотрудничестве в сферах сельского хозяйства, образования, энергетики, транспорта, телекоммуникаций, охраны окружающей среды. Представительства Квебека есть на всех континентах. В частности, его офисы находятся в Нью-Йорке, Бостоне, Чикаго, Атланте, Париже, Лондоне, Риме, Берлине, Вене, Барселоне, Пекине, Шанхае, Токио, Гонконге.
Смотря в определенной степени «сквозь пальцы» на достаточно активную деятельность Квебека за рубежом, основными направлениями которой являются экономика и культура, Департамент иностранных дел Канады, в то же время, достаточно жестко реагирует на попытки других стран установить контакты с провинцией без информирования Оттавы о своих намерениях[11].
В связи с этим известный канадский журналист и политолог Ричард Гвин, защищая позицию бывшего премьер-министра Пьера Трюдо относительно «единой Канады» и критикуя появление в оттавских властных коридорах идеи так называемой «асимметричной федерации», отметил, что если раньше с требованиями относительно преференций выступал лишь Квебек, сегодня, пользуясь слабостью правительства, претензии выдвигают и другие провинции, в частности, наиболее населенная и экономическая развитая провинция Онтарио. «Что же будут происходить? Каждый будет заниматься собственными вопросами. …Конфедерация будет менее крепкой. Это не будет хорошо. Однако, это то, что случится», – предостерег он.
Видя опасность в росте сепаратистских настроений и исходя из требований представительства интересов Квебека в международных организациях, в частности, ЮНЕСКО и ВТО, Правительство Канады пообещало провинции более внимательно подходить к обеспечению интересов Квебека во внешней сфере. В то же время было отмечено, что в эпоху глобализации Квебек должен действовать во внешней сфере в унисон с Оттавой[12].
На современном этапе Квебекский конфликт можно считать латентным (скрытым), поскольку конфликты такого типа могут существовать десятилетиями и перерастать в открытые (актуализированные) только в определенных общественных условиях. Обычно, латентные конфликты непосредственно не создают опасности жизнедеятельности людей. Именно в этой форме конфликты лучше поддаются решению.
Таким образом, больше пятнадцати лет прошло со времени проведения нового Референдума 1995 года, когда население Квебека вновь отдало свои голоса за сохранение этой провинции в составе Канады. Однако, вопрос обеспечения территориальной целостности страны и до сих пор сохраняет данную проблематику чрезвычайно актуальной с точки зрения отношений между федеральным центром и провинциями, а также политического, экономического, социального и культурного развития Канады и непосредственно отражается на ее внутренней и внешней политике.

[1] Lammert C. Nationale Benegungen in Quebec und Korsika, 1960-2000. Frankfurt am Main: Campus Verlag, 2004. – P. 131-133.
[2] Барановский К.Ю. Квебек после референдума – накануне конституционной конференции // США: экономика, политика, идеология. – 1996. – № 5. – С. 115-117.
[3] Нуриахметов В.Г., Попов Р.В. Опыт канадского федерализма: уроки для канадской федерации? // США. Канада: экономика, политика, культура. – № 3-4. – С. 132
[4] Коленеко В.А. Французская Канада в прошлом настоящем. Очерки по истории Квебека XVII-XX века. – М.: Наука, 2006. –С.203-204.
[5] Коленеко В.А. Признание квебекской нации // Вестник РОИК. – 2007. – № 23. – С. 14-15.
[6] Официальный сайт Генеральной дирекции по выборам в Квебеке. – URL: http://www.electionsquebec.qc.ca
[7] Лемешевский Д. Квебек может выйти из Канады // Метро (московский выпуск). – 6 сентября 2012. – С. 7.
[8] Овчаренко Е.Ф Возвращение Квебекантропа. Квебекские выборы-2012 в зеркале СМИ России. // Журналистский ежегодник. Научное издание факультета журналистики Томского государственного университета. – 2012. – Ч. 1. С. 102–104.
[9] Цилюрик Д. Власть в Квебеке досталась сепаратистам. В канадскую политику вмешался стрелок // Независимая газета. – 6 сентября 2012. – С. 4.
[10] Statistique Canada. URL: http://www.statcan.gc.ca/daily-quotidien/ 110622/tdq110622-fra.htm
[11] Ажаева В.С. Канадские модели федерализма // Российские исследования по канадской проблематике. – М.: Труды РАИК,1999. – С. 194.
[12] Черкасов А.И. Квебекское общество: национализм или патриотизм? // Восприятие Квебека в России. Научно-просветительский альманах / Под ред. Коленеко В.А. – М.: АИКВР, 2001. – С. 139.

Квебекский сепаратизм в 1960-е годы

После смерти в 1959 году авторитарного Премьера Дюплесси, который «железной рукой» правил Квебеком в течение 18 лет, в провинции началась так называемая «мягкая (тихая) революция», которая была поддержана широкими слоями населения и заключалась в существенной либерализации всех сторон общественной жизни, включая экономику, образование и культуру. В авангарде сложного реформирования стала Либеральная партия, которая одержала уверенную победу на выборах 1962 года.
Морис Дюплесси, премьер-министр Квебека в 1936—1939 и 1944—1959 годах
Вместе с тем, быстрые общественные изменения стали детонатором появления сепаратистского движения. Пользуясь значительным недовольством франкоязычного населения господствующим положением англоязычной элиты Монреаля, в частности в экономической сфере, сепаратисты, на протяжении незначительного времени, получили значительную поддержку среди молодежи, студентов и определенной части интеллигенции провинции. В марте 1963 года наиболее радикально настроена сепаратистская группа – «Фронт освобождения Квебека» (FLQ) заявила о закладке двух взрывных устройств в Монреале и Вестмонте, начав этой акцией долговременную кампанию террора под лозунгом создания «независимого Квебека»[1].
Квебек на карте Канады
В 1963 г. была учреждена Королевская комиссия по проблемам двуязычия и двух культур. Само название комиссии отражало взгляд правящих кругов Канады на национальную проблему как проблему в лучшем случае культурной автономии. Опубликованный в 1965 г. доклад комиссии констатировал наличие в Канаде самого глубокого кризиса со времени создания конфедерации. Комиссия признала, что национальный вопрос в Канаде перерос в конфликт между «большинством во всей Канаде и большинством в Квебеке». В англоязычных провинциях большинство населения, как правило, не понимало существа квебекской проблемы, усматривая конфликт в сфере языка и культуры. В таком же направлении были выдержаны и рекомендации Королевской комиссии, которые не вышли за рамки предложений о лучшем ознакомлении с культурой и языком «двух культурных общностей Канады». Тем самым вопрос о национальном самоопределении подменялся простыми решениями в области расширения пользования французским языком в работе административно-правительственных органов, большего участия франкоканадцев в федеральном административном аппарате и пр. Ряд законов в этом направлении был принят, но это не было решением проблемы. Отдельные демократические реформы были важны, но причина «кризиса конфедерации» лежала глубже.
Одним из лидеров политического движения франкофонов стал активный деятель «тихой революции», бывший журналист Рене Левек. В октябре 1967 г., чтобы избежать исключения из рядов Либеральной партии Квебека за сепаратистские заявления, он покинул либералов и инициировал создание «Движения суверенитета-ассоциации», которое выступало за провозглашение политического суверенитета провинции и дальнейшее объединение в экономический союз с Канадой. В 1968 г. эта организация объединилась с «Национальным движением» Жиля Грегуара, создав Квебекскую партию (Parti Quebecois). Через несколько недель, преодолев межличностные противоречия, лидер «Движения за национальную независимость» Пьер Бургуль призывал и своих единомышленников вливаться в ряды новообразованной партии. Таким образом, Р. Левек сумел объединить разрозненные силы сторонников независимости, сделав сепаратизм привлекательным для электората.
Рене Левек
По глубокому убеждению Р. Левека, оставаться в Канадской федерации, которая возникла в результате «неудачного брака» («брака по расчету») между англо- и франкоканадцами, для Квебека было губительным делом. В семейной жизни в таких случаях люди расстаются, поэтому этот принцип должен быть использован и в отношениях между провинцией и федеральным центром. Однако, отмечал Р. Левек, Квебек и Канада должны остаться «товарищами». Он верил, что они могут иметь общую валюту, сотрудничать в сферах обороны и судоходства. Однако о полной самостоятельности Р. Левек пытался не говорить призывал в любом случае не отождествлять понятия «независимость» и «суверенитет»[2].
Административная карта Канады
Суть выхода из состава федерации Р. Левек трактовал осторожно, отмечая, что сепарация должна быть осуществлена мирно и в демократической форме. Квебек должен был стать франкоязычной республикой с такой избирательной системой как в ФРГ. Впоследствии между Квебеком и Канадой должно было быть заключенное соглашение наподобие того, которое предшествовало образованию Европейского Экономического Содружества (ЕЭС). Принимая во внимание такую специфическую позицию политика, американская газета «Нью-Йорк Таймс» называла Р. Левека самым «приятным в мире сепаратистом».
Значительный импульс политическое движение франкоканадцев получило в результате заявления Президента Франции Шарля где Голля 24 июля 1967 года. Генерал де Голль осуществил визит в Канаду. По согласию с федеральным канадским правительством, он сделал остановку сначала в Квебеке и Монреале, в которых преобладал французский язык. Он был встречен восторженной толпой. В своих высказываниях генерал де Голль зашел намного дальше, чем позволяли рамки культурных связей между Францией и ее бывшей канадской колонией, потерянной в 1763 году. 24 июля в Монреале во время импровизированной встречи, на которую де Голля пригласили франкофоны, он заявил: «В этот вечер здесь, а также на протяжении всего визита, я чувствую атмосферу, подобную Освобождению... Вся Франция знает, видит и слышит то, что здесь происходит. Да здравствует Монреаль, пусть живет Квебек, пусть живет свободный Квебек, пусть живет Французская Канада, пусть живет Франция»[3]. Слова «Пусть живет свободный Квебек», а также «канадские французы», вместо «франкоязычные канадцы», пришлись по вкусу кругам, которые боролись за независимость Квебека. Это выступление де Голля вызывало большое недовольство не только большинства англоязычных канадцев, но и британцев, поскольку Канада является доминионом Великой Британии, а также американцев, ближайших соседей Канады, которым не выгоден распад ее на несколько территорий.
Реакция официальной Оттавы на заявление Президента Франции, которое вызывало значительный резонанс во всей стране, была достаточно жесткой. Выступая в Палате Общин Парламента 28 ноября 1967 года Премьер-министр Канады Пирсон отметил: «Я считаю, что это заявление искривило часть истории Канады, неправильно представило определенные современные события и неверно предусмотрело будущее. Это заявление не было лишь комментарием канадской внутренней или внешней политики, которое можно игнорировать. Это вмешательство главы иностранного государства в наши дела. В таком виде оно является неприемлемым. Без сомнений, в данном случае мы не можем терпеть, чтобы глава иностранного государства или правительства давал рекомендации относительно курса политических или конституционных действий, которые бы могли разрушить Канадскую Конфедерацию и единство Канадского Государства. Будущее Канады будет решаться канадцами и именно в Канаде»[4].
Флаг Квебека
Еще более заострился квебекский вопрос в канадской внешней политике после того, как в январе 1968 года Квебек получил приглашение принять участия в Международной конференции министров образования франкоязычных государств в Габоне при отсутствии аналогичного приглашения в адрес федерального правительства. Учитывая значительную активизацию культурных и других связей между Квебеком и Францией, официальная Оттава не без основания увидела инициативу последней в действиях упомянутого африканского государства.
Неустойчивость положения в Квебеке, растущее социальное недовольство, требования и ожидания перемен были симптомами нестабильности в социальной и политической области. Начались поиски путей к выходу из стагнации либеральной партии, к изменению в руководстве либеральной партии, восстановлению ее силы. Нужна была новая политическая фигура. Ею стал профессор из Монреаля франкоканадец Пьер Эллиот Трюдо. В 1968 году он был избран премьер-министром Канады. Его правительство четко осознавало опасность создания прецедента, который де-факто способствовал бы утверждению Квебека в качестве независимого субъекта международных отношений. Поэтому официальная Оттава заняла жесткую позицию, считая, что лишь она может представлять интересы всей Канады во внешней сфере. Путем определенного давления и компромиссов правительству удалось решить вопрос участия делегации Квебека в Международной конференции министров образования франкоязычных государств в Габоне, в частности, договорившись о том, что официальная делегация Канады будет возглавлена федеральным представителем при заместителе-представителе от провинции Квебек. Выход Шарля де Голля с политической арены и победа Либеральной партии на выборах в Квебеке позволили разрядить ситуацию и определенным образом нормализовать впоследствии канадско-французские отношения.
Пьер Эллиот Трюдо

Проблема национального единства в деятельности правительства П. Трюдо сразу заняла важное место. В предвыборной кампании либеральная партия обещала провести комплекс мероприятий, призванных ослабить остроту франкоканадского национального вопроса. Важной мерой стало принятие в 1969 закона об официальных языках, а также ряда других решений правительства о расширении представительства франкоканадцев в учреждениях и службах федерального подчинения. Закон 1969 г. провозгласил равенство английского и французского языков во всех звеньях федерального государственного аппарата; в районах, где число говорящих на втором языке превышало 10%, должен был применяться принцип двуязычия. Закон также предписывал государственным чиновникам изучать французский язык на специально созданных курсах.
Программа двуязычия .не дала того эффекта, на который рассчитывало правительство. Дело было не только в том, что чиновники аппарата нередко саботировали осуществление намеченных мер, в частности изучение французского языка, а в западных провинциях местные власти открыто выступали против закона. Программа правительства обходила главный вопрос – вопрос о признании равноправия франкоканадской нации и ее права на самоопределение. П. Э. Трюдо и основной состав кабинета исходили из посылки о том, что нация является государственно-правовой единицей («одна страна – одна нация»). Отсюда сведение всего вопроса к языковым и культурным различиям и в конечном итоге к вопросам регионального развития[5].
Большое значение имело создание в 1968 г. Совета планирования Квебека и подписание соглашения между федеральным правительством и квебекским правительством о плане развития провинции. Капиталовложения, предусмотренные этим планом, на 80% должны были обеспечиваться федеральным правительством.
Пьер Трюдо твердо верил в то, что внешняя политика страны должна, среди прочего, объединять англо- и франкоканадцев. В выступлении по случаю заключения соглашения с Нигером 19 сентября 1969 года он отмечал: «Канада, которая имеет 6 миллионов франкоязычных граждан, является естественной частью семьи франкофонов. Участие в организации Франкофонии является продолжением канадского двуязычия в международном масштабе. Таким образом, это является фундаментальным и в то же время постоянным элементом нашей политики. Я считаю, что наша двуязычность должна проявлятся не только путем сотрудничества среди франкоязычных граждан, но и в нашей внешней политике, в частности, в международных организациях»[6].
Невзирая на такие жесты со стороны Оттавы, непримиримые сепаратисты не оставляли своих планов по созданию «независимого Квебека». Они считали, что существенная дестабилизация политической ситуации в стране подтолкнет федеральное правительство к переговорам с ними. Однако, похищение активистами FLQ в октябре 1970 года Британского атташе торговли Джеймса Кросса и провинциального Министра труда Пьера Лапорта, которое повлекло так называемый «октябрьский кризис».
В связи с террористическими актами экстремистского Фронта освобождения Квебека правительство П. Трюдо пошло на крайние меры, объявив о введении в действие закона о мерах военного времени 1914 г. В Квебек были направлены федеральные войска, произведено 3 тыс. обысков и 500 арестов, что было призвано устрашить провинцию. Даже убийство Пьера Лапорта террористами не привело к изменению позиции правительства, которое лишь дало согласие на выезд похитителей Джеймса Кросса на Кубу в обмен на его освобождение. Только в апреле следующего года чрезвычайное законодательство было отменено. Эти крутые меры имели далеко идущие последствия – в канадском обществе раскол по национальной линии углубился, в Квебеке новый стимул получило политическое сепаратистское движение и возросла популярность Квебекской партии, открывающая ей путь к власти. В то же время стало более очевидным, что в английской Канаде существует непонимание устремлений франкоканадского национального движения. В итоге к началу 70-х годов кризис конфедерации обострился[7].
Таким образом, в результате так называемой тихой революции 60-х годов в провинции был осуществлен ряд мер по усилению роли франкоканадцев в экономике Квебека, развитию государственного сектора в сфере использования природных ресурсов, ослаблению позиций англоязычного меньшинства в различных областях общественной жизни.


[1] Ажаева В.С. От ассимиляции к многокультурности // Российские исследования о Канаде. – М.: Труды РАИК, 1997. – С. 17-19.

[2] Нуриахметов В.Г., Попов Р.В. Опыт канадского федерализма: уроки для канадской федерации? // США. Канада: экономика, политика, культура. – № 3-4. – С. 132.
[3] Голль Ш. де. На острие шпаги. – М.: Европа, 2006. – (Идеологии). – С. 49-51.

[4] Коленеко В.А. Квебекская проблема в послевоенной Канаде. – М.: Наука, 1981. – С. 36-37.

[5] Черкасов А.И. Квебекское общество: национализм или патриотизм? // Восприятие Квебека в России. Научно-просветительский альманах / Под ред. Коленеко В.А. – М.: АИКВР, 2001. – С. 139.

[6] Canada Has a Future: A Look at Canada's Next 20 Years by the «think tank» Experts Whose Business Is Knowing the Future І Preface by K. Kahn. Toronto: McClelland and Stewart, 1999. – P. 27-29.

[7] Данилов С.Ю., Черкасов А.И. Двенадцать лиц Канады. – М.: Наука, 1987. – С. 112-114.