Показаны сообщения с ярлыком история Канады. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком история Канады. Показать все сообщения

пятница, 22 ноября 2013 г.

Нохрин И.М. Угольная промышленность Канады во второй половине XX - начале XXI вв.

«Уголь – жизненно необходимый для Канады ресурс», - провозглашается на главной странице официального сайта Канадской ассоциации производителей угля. Приводимые там же цифры доказывают истинность этого утверждения. Каждый год угледобыча приносит в канадскую экономику более 7 миллиардов долларов и привлекает 1 миллиард долларов иностранных инвестиций. В этом секторе хозяйства занято порядка 42 тыс. работников, средняя зарплата которых приближается к 93 тысячам долларов в год, что в два раза выше, чем в среднем по экономике . За последние 10 лет прибыльность угольной индустрии выросла на 14,6 %, а общий объём инвестиций на 19, 3%, что является прекрасным показателем для страны с и без того высокоразвитой экономикой . Отдельной гордостью канадских производителей угля называется высокая экологичность добывающего производства: более 75 % территорий, занятых в угольной промышленности, после истощения подвергаются рекультивации и становятся природными заповедниками .
Правительственные и научные отчёты о состоянии канадской угольной промышленности в последние годы рисуют радужную картину. Благодаря высокому качеству и низкой себестоимости, канадский уголь успешно поставляется на экспорт, и его добыча играет важную роль в национальной экономике, уравновешивая традиционно отрицательный для Канады внешнеторговый баланс. Лишь 15 % от всего объёма добываемого угля потребляется в самой Канаде, причём к этой доле относится лишь топливо низкого качества, используемое для выработки электроэнергии и позволяющее, тем самым, экономить другие экспортные энергоносители, как, например, нефть и газ. Высококачественный коксующийся уголь поставляется почти исключительно на экспорт. По состоянию на 2006 год, 45 % этого ископаемого топлива продавалось в Японию, Китай и другие азиатские государства, 32 % - в Европу, 8 % - в Южную Америку и прочие страны . Причём, несмотря на мировой экономический кризис, угледобывающая промышленность в последнее десятилетие демонстрирует уверенный ежегодный рост, показатели которого выглядели особенно впечатляюще на фоне спада в других отраслях. По данным на 2010 год он составил 22 % от уровня 2009 года .
Угольная промышленность Канады представляет собой редкий пример отрасли, которая на протяжении последних 50 лет демонстрировала стабильное развитие, без ярко выраженных периодов стагнации или нерентабельности. Худшие показатели её функционирования наблюдались в 1990 гг., что было связано с общемировым снижением цен на энергоносители. Но и тогда общее состояние индустрии оставалось в пределах рентабельности, хотя и было отягощено декапитализацией и сокращением числа занятых работников (см. таблицу 1).
Таблица 1. Показатели развития угледобывающей промышленности Канады за 1961-2000 гг. по данным Центра изучения жизненных стандартов (Канада) .
Что же касается 2000-х, годов, то консолидированные показатели развития отрасли по данному периоду пока отсутствуют. Однако на основании имеющихся данных о росте добавленной стоимости продукции, что были приведены выше (14,6 %), можно уверенно предположить, что последние 10 лет станут самым успешным периодом развития канадской угольной промышленности за всю её историю. Что же позволило этой отрасли канадской индустрии столь благополучно пережить последние десятилетия? Можно выделить несколько ключевых факторов.
1.    Постоянно растущая ресурсная база. Начиная с 1970-х гг. и до недавнего времени геолого-разведывательные работы осуществлялись столь стремительными темпами, что общий прирост ресурсной базы за период 1976-1987 гг. составил 153 % и дошёл до отметки 6,583 миллионов тонн разведанных запасов. Соответствующим образом выросли и объёмы угледобычи, которые с 1976 по 2010 гг. увеличились более чем в два раза и составили 68 млн. тонн в год . На протяжении последних 50 лет канадские угольные компании были полностью обеспечены месторождениями высококачественного угля, которые являлись достаточно легкодоступными и могли разрабатываться открытым способом.
2.    Квалифицированные трудовые ресурсы. Уже долгое время канадская угледобывающая промышленность отличается высоким уровнем образования и квалификации сотрудников. Средний показатель образованности в 2001 году составлял 14 лет обучения на одного работника, что приблизительно соответствовало наличию полного среднего и специального образования и было выше среднего уровня образования по экономике . Высокий уровень квалификации сотрудников позволяет предельно механизировать и автоматизировать работу персонала, избегая, тем самым, высоких затрат на оплату труда «дорогой», по общемировым меркам, рабочей силы.
Снизить стоимость трудовых ресурсов позволяет и строгая политика по обеспечению безопасности труда. Благодаря постоянному ужесточению норм производственной безопасности, с 1982 по 2002 гг.количество несчастных случаев на производстве удалось сократить с 25.6 на 100 работников в год, до 3.1 на 100 работников, соответствующим образом уменьшились суммы компенсаторных выплат и убытков из-за временной нетрудоспособности сотрудников.
3.    Стабильный рост капитализации отрасли. Традиционно, угледобыча является чрезвычайно капиталоёмкой отраслью. В Канаде её капитализация превышает среднюю по экономике в 7 раз. Добиться притока инвестиций в отрасль канадскому правительству удалось при помощи гибкой налоговой политики, которая обеспечила в угольной промышленности наиболее благоприятные, среди всех других добывающих отраслей, условия для вложения инвестиций. Некоторые канадские исследователи даже доказывают, что среди многих развитых стран, именно канадская система налогообложения является наиболее благоприятной для развития угольной отрасли .
Наиболее стремительными темпами капитализация отрасли росла в 1960-х гг. (до 15% в год), что позволило существенно снизить издержки и повысить производительность труда (см. графики ниже) за счёт технического переоснащения предприятий. Отложенный положительный эффект от инвестиций тех лет наблюдается до сих пор.
4.    Технологические усовершенствования. Исследования канадских специалистов показали, что сами угледобывающие компании не склонны тратить слишком много средств на развитие технологий. Большая часть из них предпочитает лишь адаптировать к собственным нуждам уже имеющиеся технические средства и инженерные достижения из смежных областей. Интересные данные приводит в своём труде Шарлин Лонмо: согласно её подсчётам, канадская угледобывающая индустрия оказалась в числе наиболее технологически оснащённых и передовых отраслей страны, однако затраты представляющих её компании на НИОКР являются, наоборот, одними из самых низких в промышленной сфере . Другими словами, в плане технологий и инноваций, канадская угледобыча, в значительной мере, поддерживается за счёт общего инновационного характера экономики.
Тем не менее, низкий уровень затрат на НИОКР компенсируется высоким уровнем вложений в рекультивацию используемых территорий и поддержание экологической чистоты производства.
5.    Неуклонное снижение себестоимости продукции. Благодаря постоянному внедрению новейшего оборудования и новых технологий угледобычи, себестоимость угля за последние 50 лет сократилась более, чем в два раза.
Сводный график 1. Количество угледобывающих предприятий и себестоимость угля в Канаде в 1961 – 2000 гг. (показатели 1961 г. приняты за 100%) .
 Резкий рост себестоимости в середине 1970-х гг. объяснялся мировым энергетическим кризисом, сделавшим рентабельной даже высокозатратную угледобычу. Однако, со временем, и её стоимость удалось сократить, а уголь стал реальной альтернативой использованию в электроэнергетике и ЖКХ «экспортных» ресурсов – нефтепродуктов и природного газа.
Вместе с тем, значительно выросла и общая производительность труда в отрасли.
Сводный график 2. Рост производительности труда в угледобывающей промышленности Канады в 1961-2002 гг. (показатели 1961 г. приняты за 100%) .
В абсолютном выражении производительность труда рабочего в угледобывающей отрасли в 2000-е гг. составляла 5 тонн угля в час.
В целом же, по общему мнению исследователей, канадская угольная промышленность за последние 50 лет прошла 5 этапов:
•    1960-е гг. Этап стремительного роста капитализации отрасли и повышения производительности труда;
•    1970-е гг. Рост производительности труда замедлился, однако угольная промышленность развивалась стремительно за счёт возросшего, вследствие общемирового энергетического кризиса, спроса на уголь (многократно повысился порог рентабельности угледобычи).
•    1980-е гг. Новый приток инвестиций и возобновление роста производительности труда. Постепенное снижение порога рентабельности угледобычи и свёртывание дорогостоящих производств.
•    1990-е гг. Самый неблагоприятный период для канадской угольной отрасли за последние 50 лет. Падение общемировых цен на уголь сопровождалось нехваткой инвестиций.
•    2000-е гг. Общемировой рост цен на энергоносители стимулировал самый мощный за всю историю канадской угольной отрасли поток инвестиций, что привело к технологическому перевооружению промышленности и небывалому росту её доходности.
Залогом успешного развития канадской угольной промышленности последнего полувека стало постоянное расширение ресурсной базы, высокий уровень квалификации персонала и капитализации отрасли, активное внедрение технологических новшеств и, как результат, снижение себестоимости продукции.

ПРИМЕЧАНИЯ:
1.  Canadian coal – some facts and figures. Economic impact analysis // Coal Association of Canada [Official website].  URL: http://www.coal.ca/wp-content/uploads/2012/11/FINAL-National-Coal-fact-sheet_Oct-2012.pdf
2.  Coal Mining in Canada // Coal Association of Canada [Official website].  URL: http://www.coal.ca/wp-content/uploads/2012/11/Coal-Mining-in-Canada_final_November2012.pdf
3.  Environment // Coal Association of Canada [Official website].  URL: http://www.coal.ca/environment/
4.  Wright A. Canadian coal industry // National Energy Board [Official website].  URL: http://www.neb-one.gc.ca/clf-nsi/rnrgynfmtn/nrgyrprt/nrgyftr/cnslttnrnd1/prsnttn/alan_wright.pdf
5.  Coal Mining in Canada URL: http://www.coal.ca/wp-content/uploads/2012/11/Coal-Mining-in-Canada_final_November2012.pdf
6.  Smith J. Productivity Trends in the Coal Mining Industry in Canada. Ottawa, 2004. P. 14.
7.  Coal Mining in Canada URL: http://www.coal.ca/wp-content/uploads/2012/11/Coal-Mining-in-Canada_final_November2012.pdf
8.  Smith J. Op. cit. P. 16-17.
9.  Boadway R., Neil B., McKenzie K., Mintz J. Marginal Effective Tax Rates for Capital in the Canadian Mining Industry // Canadian Journal of Economics. Volume 20, № 1 (February). P. 1-16.
10. Lonmo Ch. Measuring Concentration of R&D Spending by Industry // Innovation and Analysis Bulletin (Statistics Canada catalogue number 88-003). Vol. 5, № 3 (October). P.16-19.
11.  Smith J. Op. cit. P. 15.
12.  Ibid. P. 25.

Выходные данные Нохрин И.М., Угольная промышленность Канады во второй половине XX - начале XXI вв. факторы стабильного развития // Челябинский гуманитарий. 2012, № 4. C. 94-98

воскресенье, 20 октября 2013 г.

Конкурентный федерализм в Канаде

Теория и практика канадского федерализма привлекает внимание, прежде всего, в аспекте необходимости изучения международног опыта. Исследование стабильной политической системы и схемы действий федеральных органов власти Канады, с определенными ограничениями, может быть полезно для других государств с федеративным устройством, включая Россию. Заявленная тема особенно интересна, поскольку канадская модель федерализма считается одной из наиболее гибких в мире и потому относительно успешных. В развитии канадского федерализма можно выделить ряд периодов, каждый из которых отличался особой моделью взаимодействия федерального центра с регионами и формировал отличный от предыдущего периода облик канадской федерации.
Субъекты канадской федерации
Первые десятилетия существования Конфедерации получили название «колониальный федерализм» (1867–1896), так как первый премьер-министр Канады сэр Д. А. Макдональд считал, что провинции должны быть в подчинении у федерального центра, а тактика последнего по отношению к ним должна соответствовать модели поведения метрополии по отношению к своим колониям. Следующий за «колониальным» период «классического федерализма» (1896–1939) характеризовался минимализацией контактов провинциальных и федерального правительств. В данный период наблюдалось особенно четкое разделение федеральных и провинциальных полномочий.
Великая Депрессия 1930-х гг. поставила под вопрос концепцию «классического федерализма» с четким разделением юрисдикций. Провинции не смогли справиться с экономическим кризисом без поддержки федерального правительства, и принятие с началом Второй мировой войны Акта о военном положении, предоставившим Оттаве все необходимые для преодоления кризиса полномочия, позволило канадской федерации продолжить свое существование и развитие. С середины 1940-х до середины 1960-х гг. кооперация органов исполнительной власти достигла особенно высокого уровня, поэтому следующий этап федерализма получил название «кооперативный» (cooperative federalism), или административный. В этот период в Канаде начинается стремительное развитие межправительственных отношений, которые сводились в большей степени к консультациям представителей отраслевых ведомств в правительствах обоих уровней по широкому спектру проблем.
Со временем «кооперативный федерализм» трансформируется в новую модель – «конкурентного федерализма» (competitive
federalism). Этот период (1970-е – начало 1980-х гг.) представляется одним из наиболее сложных и значительных для формирования современной модели канадского федерализма. Он характеризовался столкновением интересов правительств разных уровней и, как следствие, зарождением и развитием межправительственной дипломатии в Канаде, учреждением ряда межправительственных институтов2.
Предпосылками формирования новой модели федерализма стали события в Квебеке. К середине 1960-х гг. Тихая революция в Квебеке поставила под вопрос прежнюю модель межправительственных отношений. Если в 1940–1950-х гг. основной стратегией квебекского правительства по отношению к федеральному центру являлось сопротивление любым инициативам Оттавы, имеющим целью расширение ее полномочий, то с 1960-х гг. правительство Квебека активно начинает искать финансовые ресурсы и юридические основания для того, чтобы получить возможность проводить социальные программы, аналогичные общеканадским, осуществляемым федеральным правительством. Канадский исследователь Жак Бурго отмечает, что в тот период Квебек считает необходимым «защитить сферы своей юрисдикции и вернуть под свой контроль те статьи налогообложения (или часть доходов с них), которые были отданы федеральному правительству в военное время либо которые стали со временем более прибыльными»3. При этом Квебек старается избежать конституционных споров и взаимодействия в финансовой сфере.
Вначале требования Квебека ограничивались изменением условий отдельных программ. Так, квебекское правительство провело успешные переговоры по изменению межправительственных фискальных соглашений, что увеличило долю провинций во взимаемых налогах и размер финансирования программы выравнивающих платежей. Кроме того, Квебек договорился с федеральным центром о введении собственного Пенсионного плана и отказался от ряда программ совместного финансирования в обмен на бóльшую долю в налогообложении4.
Закономерно, что стратегию Квебека впоследствии скопировали богатые англоязычные провинции. Бюрократические аппараты провинций расширялись, рос уровень провинциальных доходов, что способствовало развития соперничества между двумя уровнями власти и, в конечном итоге, привело к трансформации модели «кооперативного федерализма» в более конфликтную модель «конкурентного федерализма». Кроме того, к 1970-м гг. усилилось значение регионализма в канадской федерации, особенно это касалось западных провинций. В то же время фискальные возможности Оттавы начали уменьшаться, поскольку в Канаде, как и в других странах, закончился послевоенный период экономического роста. Провинции уже не соглашались с расстановкой национальных приоритетов, предложенной федеральным правительством, и все больше стремились контролировать экономические и социальные реформы. Это явление впоследствии получит название «строительство провинций» («province-building»)5 и со временем будет только наращивать обороты. Межправительственные отношения в этот период становятся особенно конфликтными. Как отмечают канадские исследователи Р. Симеон и Я. Робинсон, «масштабные дебаты о том, что должно быть сделано и кто будет это делать, заменили переговоры об административных деталях программ»6.
Необходимость разрешения усиливающихся конфликтов между центром и провинциями придала новую динамику межправительственным отношениям. Провинции фундаментально меняют свой подход к федерализму, теперь уделяя гораздо большее внимание выработке общей стратегии по отношению к федеральному центру и субъектам федерации. Инструментом для разрешения противоречий в межправительственных отношениях становятся новые форматы взаимодействия правительств разных уровней. В этот период получили развитие такие институты межправительственных отношений, как Ежегодная конференция премьеров (APC, с 1960 г.), Конференция премьеров западных провинций (WPC, с 1973 г.) и Совет премьеров атлантических провинций (с начала 1970-х гг.)7.
Схемы межправительственной дипломатии, выработанные в период высокой конфликтности, показали свою эффективность в решении возникающих во взаимодействии правительств проблем. Важно отметить, что эти изменения в формате взаимоотношений различных уровней власти повлияли на дальнейшее развитие канадского федерализма и до сих пор являются его отличительной чертой. Многие организованные в период конкурентного федерализма форумы и в настоящее время работают с постоянной периодичностью, а Ежегодная конференция премьеров с 2003 г. по инициативе Квебека институционализирована в Совет Федерации8.
Развитие исполнительного федерализма отразилось также в создании на провинциальном уровне отдельных министерств, отвечающих за межправительственные отношения. Первое такое министерство появилось в 1961 г. в Квебеке. Примеру этой провинции в 1972 г. последовала Альберта, в 1975 г. – Ньюфаундленд, в 1978 г. Онтарио и в 1979 г. Британская Колумбия и Саскачеван9. Межправительственный конфликт тем более усилился, когда в 1976 г. к власти в Квебеке приходит националистическая партия Кебекуа (Parti Québécois – PQ) во главе с Р. Левеком (René Lévesque). Националисты требовали от федерального правительства и провинций признания особого статуса Квебека внутри федерации. Правительство Левека предложило новую схему взаимодействия со своей провинцией – «ассоциированный суверенитет», при которой Квебек будет полностью независим с сохранением связей с остальной Канадой на позициях равных субъектов10. Рене Левек утверждал, что такое положение вещей будет удобно всем: англоговорящая Канада сможет иметь сильное федеральное правительство, усилению которого постоянно сопротивляется Квебек, а франкоканадцы обретут желаемую свободу.
Премьер-министр Канады П.-Э. Трюдо выступил резко против отделения Квебека и вообще предоставления ему особого статуса. Согласно видению Трюдо, будущее Квебека – в двуязычной, двукультурной, единой Канаде, где квебекцы занимают значительные посты в федеральном правительстве, принимают активное участие в разработке национальной политики и пользуются общими для всех канадцев правами на территории всей Канады10.
К концу 1970-х гг. активно шли дебаты вокруг федерализма, которые должны были определить будущее страны и место провинции Квебек в ней. Кульминацией дебатов стал проведенный квебекскими националистами в 1980 г. референдум по вопросу суверенитета. Правительство Рене Левека вынесло на голосование вопрос о предоставлении ему права проводить переговоры с федеральным правительством об ассоциированном суверенитете провинции и такого права не получило. Референдум в Квебеке подтолкнул федеральное правительство инициировать переговоры о репатриации Конституции и включении в нее Хартии прав.
Ярким примером острого межправительственного конфликта в данный период являются дебаты по Национальной энергетической программе (NEP). Скачки мировой цены на нефть и нестабильность в общемировом энергетическом секторе спровоцировали конфликт между богатыми энергоресурсами западными провинциями (и потенциальными производителями энергосырья, например, Ньюфаундлендом) и центральной Канадой. Поскольку львиная доля нефтяных месторождений в Альберте разрабатывалась на деньги американских инвесторов, стремящихся к независимости от источников ресурсов вне континента и реализующих таким образом программу национальной энергетической безопас ности, эта провинция Канады оказалась крепче связана экономически с Далласом и Талсой, чем с Оттавой. В условиях повышения цен на нефть членами ОПЕК богатый нефтью и газом Запад Канады выступал за повышение цен на канадское сырье до общемировых, а также стремился взять под контроль получаемые от продажи ресурсов доходы. Провинции, потребляющие энергию, в свою очередь, полагались на поддержку федерального правительства в вопросе удержания внутренних цен на прежнем уровне и требовали гарантий, что полученный от реализации топлива доход будет в необходимых объемах перечислен в фонд программы выравнивающих платежей, а значит, распределен между всеми субъектами.
Здание Канадского федерального парламента
Конфликт достиг своего апогея с введением в 1982 г. Национальной энергетической программы, направленной на защиту канадских производителей и рядовых потребителей энергии путем централизованного регулирования цен на нефть. Программа подразумевала также укрепление энергетической безопасности Канады через консервацию крупнейших месторождений, развитие альтернативных источников энергии и повышение экспортных пошлин на газ. Кроме того, одной из целей NEP было объявлено достижение 50 %-й доли Канады в собственности предприятий нефтегазовой промышленности к 1990 г.11 Инструментом для достижения этой цели была выбрана Поощрительная программа в нефтяной отрасли (Petroleum Incentives Program – PIP), согласно которой федеральный центр инвестировал в проекты данной отрасли при условии, что не менее 50 % акций предприятия принадлежат канадским гражданам или институтам, а Оттава получает не менее 25 % прибыли предприятия11. Таким образом федеральное правительство планировало стимулировать разработку шельфовых месторождений, находящихся в юрисдикции центра.
Положения NEP вызвали резкую критику со стороны правительства Альберты и спровоцировали временную остановку поставок сырья на Восток Канады. Битва за энергоресурсы обнажила несогласие западных и маленьких провинций с вмешательством Оттавы в дела субъектов федерации. Несмотря на воинственную риторику с обеих сторон, как федеральное правительство, так и провинции понимали необходимость достижения компромисса. Так, в неофициальной беседе с представителями прессы министр энергетики Альберты Мерв Лейтч сказал: «Мы никогда не доводили отношения до такой черты, за которой мы не могли бы встретиться и выпить вместе»12.
На фоне публичных выступлений представителей правительств разных уровней с жесткими эмоциональными формулировками велась интенсивная работа по поиску компромисса в непростом конфликтном вопросе. Так, уже через несколько дней после представления NEP Палате общин чиновники из Оттавы и Эдмонтона за обедом обсуждали пути выхода из ситуации12. К декабрю была подготовлена повестка дня для первой межправительственной встречи с широким кругом участников, в апреле встреча состоялась, а в августе было достигнуто соглашение.
Таким образом, к началу 1980-х гг. накал в межправительственных отношениях достиг критической точки: Национальная энергетическая программа федерального правительства и его твердое намерение произвести репатриацию Конституции с согласием провинций или без него оказали взрывной эффект на межправительственные отношения13.
Можно с уверенностью сказать, что именно первые межправительственные заседания по вопросам государственной важности в тот период положили начало формированию механизмов успешной межправительственной дипломатии в Канаде и во многом предопределили дальнейшее развитие канадского федерализма. Выработанные в 1970-е – начале 1980-х гг. схемы взаимодействия правительств разных уровней и учрежденные в то время межправительственные институты действуют до сих пор.
Примечания
1 См.: Simeon, R. State, society, and the development of Canadian federalism / R. Simeon, I. Robinson. Toronto ; Buffalo : Univ. of Toronto Press, 1990. 381 p.
2 Здесь и далее термин «межправительственный» употребляется в связи с отношениями между федеральным и провинциальным уровнями власти.
3 Bourgault, J. Québec’s Role in Canadian FederalProvincial Relations // Canada: the state of the federation : annual / ed. J. P. Meekison, H. Telford, Harvey Lazar. Montreal & Kingston ; London ; Ithaca : McGill-Queen’s University Press, 2004. P. 34.
4 См.: Simeon, R. The Dynamics of Canadian Federalism / R. Simeon, I. Robinson // Canadian Politics / ed. J. Bickerton, A.-G. Gagnon. 4th ed. Peterborough : Broadview Press, 2004. P. 113. 5 Ibid. P. 114.
6 Ibid P. 115.
7 См.: Meekison, J. Peter. The Institutions of Executive Federalism: Myths and Realities / P. J. Meekison, H. Telford, H. Lazar // Canada: the state of the federation: annual / ed. J. P. Meekison, H. Telford, H. Lazar. Montreal & Kingston; London; Ithaca : McGill-Queen’s University Press, 2004. P. 17.
8 Ibid. P. 18.
9 См.: Stevenson, G. Unfulfi lled Union : Canadian Federalism and National Unity. 4th ed. Montreal
& Kingston ; London ; Ithaca : McGill-Queen’s Univ. Press, 2004. P. 226–227.
10 См.: Simeon, R. The Dynamics of Canadian Federalism... P. 114.
См.: Holloway, S. K. Canadian Foreign Policy : Defi ning the National Interest. Toronto : Broadview Press, 2006. P. 164.
12 McCall, Ch. Trudeau and Our Time: in 2 vol. Vol. 2 : The Heroic Delusion / Ch. McCall, S. Clarkson. Toronto : The Canadian Publishers, 1994.
P. 179.
13 См.: Cameron, D. Intergovernmental relations in Canada: The emergence of collaborative federalism / D. Cameron, R. Simeon // Publius : The
Journ. of Federalism. Spring 2002. Vol. 32, Iss. 2. P. 51.

суббота, 5 октября 2013 г.

Франкоканадский сепаратизм в 1970-80-е годы

В 1970-е годы проблема Квебека стала острейшей внутриполитической проблемой Канады, ее влияние все больше отражалось на многих аспектах политики канадского правительства. Террористические действия Фронта освобождения Квебека (FLQ) привели к вытеснению этой организации, от рук которой с апреля 1963 года погибло 6 человек, с провинциальной политической сцены и её исчезновению.
Провинция Квебек в составе Канады

Невзирая на эти события, сепаратистские настроения продолжали доминировать в 70-х годах среди политических сил провинции. Случай приступить к воплощению в жизнь концепции «ассоциативного суверенитета» представился Квебекской партии уже в ноябре в 1976 г., когда эта политическая сила одержала победу на выборах к Национальной ассамблее Квебека. Это событие вызывало в канадском обществе небывалую до тех пор обеспокоенность в отношении сохранения целостности страны. Основанием для беспокойства за будущую целостность Канады были заявления лидера Квебекской партии Р. Левека, в которых он отмечал невозможность дальнейшего сожительства англо- и франкоканадцев в границах одного государства, которое, по его определению, напоминало «пребывание двух скорпионов в одной бутылке». Осознавая всю сложность политической ситуации, федеральный премьер Пьер Трюдо признавал, что Канада очутилась в условиях наибольшей угрозы существованию государства со времени его создания[1].
Пьер Трюдо

В середине 1977 г. правительство Квебекской партии выступило с идеей проведения референдума об ассоциативном суверенитете провинции и подало на усмотрение общественности форму его проведения, которая повторяла модель, использованную Великой Британией во время волеизъявления относительно вступления в ЕЭС. Как и в британском случае, в провинции были созданы две организации, которые отстаивали позицию «за и против». Обе структуры получили от правительства одинаковые финансовые ресурсы и время для выступления на телевидению и по радио. Кроме этого, каждый житель Квебека получил брошюру с аргументами «за и против» ассоциативного суверенитета, а также отдельное обоснование позиции правительства.
Привязанность политического суверенитета к экономической ассоциации с Канадой означала потерю части национальной самостоятельности. Это можно трактовать как следствие канадского этнокультурного дуализма, в соответствии с которым жители провинции идентифицируют себя не только квебекцами, но и канадцами, поскольку именно они и были инициаторами образования Канадской федерации. Принимая во внимание это, один из главных идеологов квебекского национализма Жан-Марк Леже подал идею ассоциативного суверенитета, и, в то же время, будущего референдума, исключительно как «диалог и достижение нового братства». С другой стороны, дополнение политического суверенитета Квебека экономической ассоциацией с Канадой можно объяснить тем фактом, что такое сочетание должно было сделать идею суверенитета привлекательнее среди тех, кто сомневался в целесообразности отделения провинции. Впоследствии и сам Р. Левек признал, что употребление термина «ассоциация» объясняется «прагматичными рассуждениями»[2].
Рене Левек

1 ноября 1979 г. правительство обнародовало в Национальной ассамблее документ под названием «Квебек – Канада. Новое соглашение», в котором были изложены основные принципы воплощения в жизнь концепции ассоциативного суверенитета. В нем шла речь, о том что благодаря политическому суверенитету перед провинцией откроются новые возможности и она извлечет политическую выгоду, а от экономической ассоциации с Канадой – Квебек получит экономическую выгоду. Документ предусматривал членство Квебека в Британском Содружестве, ООН, НОРАД и НАТО. По этому поводу Р. Левек отмечал: «Мы часть Западного света и намереваемся остаться ею». После достижения Квебеком политического суверенитета и вступления в экономическую ассоциацию с Канадой, предлагалось создать общий орган управления – Общий совет министров, куда бы входили представители Квебека и Канады. Каждая из двух частей нового образования могла иметь на своей территории собственное законодательство, по своему усмотрению распоряжаться финансами. Программой также предусматривались свободное движение товаров, рабочей силы и капиталов, отсутствие таможни и паспортного контроля, наличие общей валюты, тесный военный союз между Квебеком и Оттавой.
Вскоре квебекское правительство назначило проведение референдума на 20 мая 1980 г. и обнародовало суть вопроса (на французском и английском языках). Оно было достаточно мягким, но в то же время чрезвычайно громоздким. Вот его содержание: «Правительство Квебека вынесло на общественное рассмотрение предложение проведения переговоров относительно заключения нового соглашения с остальной, которая базируется на равенстве двух наций, Канадой. Это соглашение должно дать Квебеку эксклюзивное право принимать собственные законы, собирать налоги, устанавливать отношения с зарубежными государствами – то есть, получить суверенитет. В то же время, оно предусматривает экономическую ассоциацию с Канадой, включая общую валюту. Изменения в политическом статусе, полученные в результате этих переговоров, не вступят в силу без народного одобрения на другом референдуме. Учитывая такие условия, даете ли Вы правительству Квебека мандат на проведение переговоров по предлагаемому соглашению между Квебеком и Канадой?».
Часть квебекских радикалов выступила против такой завуалированной формулировки и настаивала, чтобы вопрос независимости был поставлен прямо. Однако Р. Левек считал, что вопрос сам в таком виде способен обеспечить победу. Проведенные в то время опросы свидетельствовали о том, что 57% квебекцев хотели расширения прав провинции в отрасли культуры, 50% в экономике, 37% в сфере международных отношений и в целом 54% жителей Квебека поддерживали предложение провинциального правительства относительно ассоциативного суверенитета[3].
Необходимо учесть и то, что референдум, как и обещал раньше Р. Левек, прямо не касался независимости провинции, а имел скорее консультативный характер. Лишь при позитивном результате 20 мая, должен был состояться новый референдум, посвященный непосредственно вопросу самостоятельности. То есть, если Квебек и мог, де-юре, стать независимым, то в любом случае не в результате референдума 20 мая в 1980 г. Однако, де-факто, и это хорошо понимали в Оттаве, позитивные последствия голосование неминуемое открывали путь к полной независимости Квебека. Так, специализированная комиссия по изучению перспектив Канады в будущем при Гудзоновом институте, обратила внимание на отсутствие полной уверенности в том, что после провозглашения политического суверенитета Квебек пойдет на любую ассоциацию с остальной Канадой.
С 4 по 20 марта в 1980 г. в Национальной ассамблее состоялись дебаты по поводу вопроса вынесенного на референдум. Главная полемика развернулась между лидерами главных политических партий провинции Клодом Раяном (Либеральная партия) и Рене Левеком (Квебекская партия). Р. Левек отметил, что референдум – выдающееся событие в квебекской истории, во время которого жители региона будут иметь реальное право на самоопределение. Премьер в очередной раз раскритиковал систему канадского федерализма, которая не гарантирует квебекцам сохранения их национальной идентичности. К. Раян в ответ обратил внимание Р. Левека, что все те достижения, о которых говорил он своем выступлении, стали возможными лишь благодаря той политической системе (федерализму) при которой, собственно, и живут квебекцы.
Противостояние накануне референдума приобрело черты внутреннего соперничества между двумя школами политической мысли во Французской Канаде (сепаратистами и федералистами), тогда как Английская Канада оказалась в достаточно выгодной роли наблюдателя. Это было предопределено также тем, что Оттава вынужденно скрывала свое непосредственное участие в референдумной кампании, поскольку любое прямое вмешательство вызвало бы обратную реакцию и привело бы к увеличению количества сторонников отделения провинции. Не слишком четкую позицию в отношении референдума заняла и католическая церковь, чье влияние в провинции было достаточно большим. Еще в 1979 г. квебекские епископы приняли общее воззвание под названием «Народ Квебека и его политическое будущее». В первой части послания шла речь о том, что жители провинции имеют право самостоятельно определять и устраивать свое будущее, потому что в Евангелии отмечено: «Ищите и найдете». Эту фразу, на первый взгляд, можно было трактовать как завуалированную поддержку сепаратистского движения партии Р. Левека, однако, во второй части прозвучала негативная оценка суверенитета, а также призыв к единению людей.
14 мая 1980 г. перед десятитысячной толпой квебекцев в Монреале федеральный премьер П. Трюдо торжественно пообещал обновить федерацию, а Квебеку, принимая во внимание его исключительную национальную идентичность, обеспечить в системе канадского федерализма особое место. Условием выполнения обещания, должно было стать голосование против предложения квебекского правительства. Трудно сказать о последствиях этого обращения. Как свидетельствуют результаты исследования, проведенного уже во время референдума, немало избирателей сформировало свое мнение еще перед его обнародованием (41%) или приняли решение на ранней стадии кампании, тогда как лишь 5% определились в течении последней недели[4].
нтрига относительно результатов голосования, которая все же сохранялась до последнего дня, способствовала активизации дискурса вокруг будущего как Канады, так и Квебека. Согласно проведенным опросам, лишь 10 % жителей в девяти провинциях Английской Канады поддерживало идею ассоциативного суверенитета, в то время как 80 % выступали против любой независимости, в том числе и неполной.
Однако, ради справедливости, надо отметить, что в стране было немало и тех, кто особо не беспокоился возможным отделением Квебека. Ярким примером этого могут быть результаты опросов общественного мнения, проведенные в марте 1979 г. в Альберте, в которых 32 % жителей этой западной провинции сознались, что ничего не знают о плане проведения референдума в Квебеке и их больше интересует вопрос, как помешать федеральному центру узурпировать контроль над природными ресурсами провинции. Поэтому, каждый регион имел собственные интересы и реагировал на чужие проблемы не охотно, невзирая даже на их общегосударственную роль. Учитывая это, квебекское правительство допустило возможность, в случае провала идеи экономической ассоциации с Канадой обратиться с подобным предложением к США.
Однако к подобному сценарию развития событий не дошло, поскольку на референдуме по поводу ассоциативного суверенитета, который состоялся 20 мая в 1980 г., победу одержали федералисты. В голосовании участвовали 84,3 % квебекцев. Это была наивысшая явка избирателей за всю историю не только Квебека, но и Канады в целом. Положительно на вопрос правительства ответило 1 478 200 человек или 40,5 %, негативно – 2 171 913 или 59,5%. Из 110 избирательных округов, лишь в 15 сторонники ассоциативного суверенитета одержали победу. Среди них был и Тайлон – округ, от которого свое время в Национальную ассамблею был избран Р. Левек.
Флаги Квебека на митинге

По мнению большинства канадских политологов, референдум засвидетельствовал, с одной стороны, достаточно глубокий раскол среди населения провинции, а с другой, что много квебекцев не удовлетворены местом провинции в составе федерации. Сам Р. Левек сразу после провала референдума относительно ассоциативного суверенитета пророчески отметил, что это далеко не последний референдум в истории провинции. Вскоре и Национальный совет Квебекской партии в своем документе «Квебек в 80-ые гг.» поставил целью в случае победы на ближайших провинциальных выборах инициировать проведение нового волеизъявления[5].
Результаты майского референдума вызывали оживленное общественное обсуждение, которое сводилось к поиску причин поражения идеи ассоциативного суверенитета. В среде сторонников самостоятельности сразу же появилась версия, в соответствии с которой референдум для квебекцев стал неискренним проявлением их воли, поскольку они хотели продемонстрировать «свою преданность Канаде и при этом не навредить себе». Следовательно, значительная часть жителей Квебека боялась нарушения устоявшегося уклада жизни, прежде всего в экономическом плане, и голосовала за спокойствие. Кроме того, негативные последствия голосования объясняются тем фактом, что квебекцы со времени «тихой революции» достигли необходимого минимума прав и свобод для сохранения национальной идентичности. В то же время, получил распространение тезис о квебекском национальном движении, направленном не на конфронтацию, а на кооперацию.
Анализ голосования показывает, что среди тех, кто поддержал предложение квебекского правительства процент франкофонов составил приблизительно 48-51 %. Поэтому, даже среди франкоквебекцев не удалось достичь позитивного результата, не говоря уже об англофонах. Расхождение во взглядах стало характерной чертой волеизъявления для большинства квебекцев, без влияния социального статуса. Исключением может служить, разве-что местная политическая элита, которая проявила наибольшую согласованность в голосовании. «За» преимущественно голосовали и молодые квебекцы, которые родились в период с 1945 по 1959 г., поэтому возрастной фактор сделал квебекский сепаратизм потенциально опасным в будущем.
«Нет» в основном сказали четыре категории квебекцев: те, кого удовлетворял статус-кво, сторонники конституционных изменений, предложенных федеральным правительством, личные симпатики П. Трюдо и К. Раяна и противники правящей Квебекской партии. Как засвидетельствовали опросы, положительно голосовали преимущественно те, кто отдал свой голос за партию Р. Левека на выборах в 1976 г. 84 % избирателей, которые сказали «да» идентифицировали свою принадлежность к Квебекской партии, а 87 % тех, кто сказал «нет» были сторонниками либералов.
Не меньше повлияла на результаты голосования позиция главных политиков, которые, как ни парадоксально, были значительно популярнее тех идей, которые они проповедовали, потому референдум в провинции назвали «битвой вождей». Глава Квебекской партии Р. Левек имел больше симпатиков чем лидер либералов К. Раян, однако эта популярность нивелировалась наличием на должности премьер-министра Канады франкоканадца П. Трюдо. Невзирая на то, что вершина популярности федерального премьера была уже позади, он все же имел весомое влияние на мнение квебекцев и в «обновленный федерализм», скорее всего, поверили лишь потому, что его провозгласил именно П. Трюдо. Поэтому, главную заслугу в победе федералистской идеи над сепаратистской отдают именно ему.
Ситуация продолжала оставаться острой в течении 80-90-х гг. ХХ века Все попытки федерального правительства остановить процесс децентрализации не дали желаемого результата, что, в свою очередь, ставило под сомнение его способность решить конституционный кризис (Квебек до сих пор не ратифицировал Конституцию Канады 1982 г., в которой проигнорированы требования квебекцев о признании их «особым обществом» с соответствующими привилегиями и полномочиями)[6].
Таким образом, референдум 1982 г. относительно ассоциативного суверенитета Квебека был логическим следствием двадцатилетнего периода развития провинции, которое прошло под знаменем изменений принципов функционирования системы канадского федерализма. Его проведение, а следовательно, и реальная угроза единству государства, заставили Оттаву в который раз переосмыслить проблему Квебека и признать потребность ее решения главным приоритетом своей деятельности. Результаты референдума показали, что квебекцев не удовлетворяют ни ассоциативный суверенитет, ни статус-кво. В последующем в квебекском обществе начала формироваться критическая масса, готовая безоговорочно поддержать отделение от Канады, поэтому возросла актуальность нового референдума.

[1] Данилов С.Ю. Действия правительства Канады по урегулированию конституционного кризиса (1976-1992) // США: экономика, политика, идеология. – 1993. – № 10. – С. 55-59.
[2] Нуриахметов В.Г., Попов Р.В. Опыт канадского федерализма: уроки для канадской федерации? // США. Канада: экономика, политика, культура. – № 3-4. – С. 132.
[3] Ажаева В.С. От ассимиляции к многокультурности // Российские исследования о Канаде. – М.: Труды РАИК, 1997. – С. 20-22.
[4] Данилов С.Ю. Действия правительства Канады по урегулированию конституционного кризиса (1976-1992) // США: экономика, политика, идеология. – 1993. – № 10. – С. 60-64.
[5] Данилов С.Ю. Поведение правительства в кризисных ситуациях: Из опыта Канады // США: экономика, политика, идеология. – 1991. – № 9. – С. 63-64.
[6] Данилов С.Ю. Действия правительства Канады по урегулированию конституционного кризиса (1976-1992) // США: экономика, политика, идеология. – 1993. – № 10. – С. 70-74.

Квебекский сепаратизм в 1960-е годы

После смерти в 1959 году авторитарного Премьера Дюплесси, который «железной рукой» правил Квебеком в течение 18 лет, в провинции началась так называемая «мягкая (тихая) революция», которая была поддержана широкими слоями населения и заключалась в существенной либерализации всех сторон общественной жизни, включая экономику, образование и культуру. В авангарде сложного реформирования стала Либеральная партия, которая одержала уверенную победу на выборах 1962 года.
Морис Дюплесси, премьер-министр Квебека в 1936—1939 и 1944—1959 годах
Вместе с тем, быстрые общественные изменения стали детонатором появления сепаратистского движения. Пользуясь значительным недовольством франкоязычного населения господствующим положением англоязычной элиты Монреаля, в частности в экономической сфере, сепаратисты, на протяжении незначительного времени, получили значительную поддержку среди молодежи, студентов и определенной части интеллигенции провинции. В марте 1963 года наиболее радикально настроена сепаратистская группа – «Фронт освобождения Квебека» (FLQ) заявила о закладке двух взрывных устройств в Монреале и Вестмонте, начав этой акцией долговременную кампанию террора под лозунгом создания «независимого Квебека»[1].
Квебек на карте Канады
В 1963 г. была учреждена Королевская комиссия по проблемам двуязычия и двух культур. Само название комиссии отражало взгляд правящих кругов Канады на национальную проблему как проблему в лучшем случае культурной автономии. Опубликованный в 1965 г. доклад комиссии констатировал наличие в Канаде самого глубокого кризиса со времени создания конфедерации. Комиссия признала, что национальный вопрос в Канаде перерос в конфликт между «большинством во всей Канаде и большинством в Квебеке». В англоязычных провинциях большинство населения, как правило, не понимало существа квебекской проблемы, усматривая конфликт в сфере языка и культуры. В таком же направлении были выдержаны и рекомендации Королевской комиссии, которые не вышли за рамки предложений о лучшем ознакомлении с культурой и языком «двух культурных общностей Канады». Тем самым вопрос о национальном самоопределении подменялся простыми решениями в области расширения пользования французским языком в работе административно-правительственных органов, большего участия франкоканадцев в федеральном административном аппарате и пр. Ряд законов в этом направлении был принят, но это не было решением проблемы. Отдельные демократические реформы были важны, но причина «кризиса конфедерации» лежала глубже.
Одним из лидеров политического движения франкофонов стал активный деятель «тихой революции», бывший журналист Рене Левек. В октябре 1967 г., чтобы избежать исключения из рядов Либеральной партии Квебека за сепаратистские заявления, он покинул либералов и инициировал создание «Движения суверенитета-ассоциации», которое выступало за провозглашение политического суверенитета провинции и дальнейшее объединение в экономический союз с Канадой. В 1968 г. эта организация объединилась с «Национальным движением» Жиля Грегуара, создав Квебекскую партию (Parti Quebecois). Через несколько недель, преодолев межличностные противоречия, лидер «Движения за национальную независимость» Пьер Бургуль призывал и своих единомышленников вливаться в ряды новообразованной партии. Таким образом, Р. Левек сумел объединить разрозненные силы сторонников независимости, сделав сепаратизм привлекательным для электората.
Рене Левек
По глубокому убеждению Р. Левека, оставаться в Канадской федерации, которая возникла в результате «неудачного брака» («брака по расчету») между англо- и франкоканадцами, для Квебека было губительным делом. В семейной жизни в таких случаях люди расстаются, поэтому этот принцип должен быть использован и в отношениях между провинцией и федеральным центром. Однако, отмечал Р. Левек, Квебек и Канада должны остаться «товарищами». Он верил, что они могут иметь общую валюту, сотрудничать в сферах обороны и судоходства. Однако о полной самостоятельности Р. Левек пытался не говорить призывал в любом случае не отождествлять понятия «независимость» и «суверенитет»[2].
Административная карта Канады
Суть выхода из состава федерации Р. Левек трактовал осторожно, отмечая, что сепарация должна быть осуществлена мирно и в демократической форме. Квебек должен был стать франкоязычной республикой с такой избирательной системой как в ФРГ. Впоследствии между Квебеком и Канадой должно было быть заключенное соглашение наподобие того, которое предшествовало образованию Европейского Экономического Содружества (ЕЭС). Принимая во внимание такую специфическую позицию политика, американская газета «Нью-Йорк Таймс» называла Р. Левека самым «приятным в мире сепаратистом».
Значительный импульс политическое движение франкоканадцев получило в результате заявления Президента Франции Шарля где Голля 24 июля 1967 года. Генерал де Голль осуществил визит в Канаду. По согласию с федеральным канадским правительством, он сделал остановку сначала в Квебеке и Монреале, в которых преобладал французский язык. Он был встречен восторженной толпой. В своих высказываниях генерал де Голль зашел намного дальше, чем позволяли рамки культурных связей между Францией и ее бывшей канадской колонией, потерянной в 1763 году. 24 июля в Монреале во время импровизированной встречи, на которую де Голля пригласили франкофоны, он заявил: «В этот вечер здесь, а также на протяжении всего визита, я чувствую атмосферу, подобную Освобождению... Вся Франция знает, видит и слышит то, что здесь происходит. Да здравствует Монреаль, пусть живет Квебек, пусть живет свободный Квебек, пусть живет Французская Канада, пусть живет Франция»[3]. Слова «Пусть живет свободный Квебек», а также «канадские французы», вместо «франкоязычные канадцы», пришлись по вкусу кругам, которые боролись за независимость Квебека. Это выступление де Голля вызывало большое недовольство не только большинства англоязычных канадцев, но и британцев, поскольку Канада является доминионом Великой Британии, а также американцев, ближайших соседей Канады, которым не выгоден распад ее на несколько территорий.
Реакция официальной Оттавы на заявление Президента Франции, которое вызывало значительный резонанс во всей стране, была достаточно жесткой. Выступая в Палате Общин Парламента 28 ноября 1967 года Премьер-министр Канады Пирсон отметил: «Я считаю, что это заявление искривило часть истории Канады, неправильно представило определенные современные события и неверно предусмотрело будущее. Это заявление не было лишь комментарием канадской внутренней или внешней политики, которое можно игнорировать. Это вмешательство главы иностранного государства в наши дела. В таком виде оно является неприемлемым. Без сомнений, в данном случае мы не можем терпеть, чтобы глава иностранного государства или правительства давал рекомендации относительно курса политических или конституционных действий, которые бы могли разрушить Канадскую Конфедерацию и единство Канадского Государства. Будущее Канады будет решаться канадцами и именно в Канаде»[4].
Флаг Квебека
Еще более заострился квебекский вопрос в канадской внешней политике после того, как в январе 1968 года Квебек получил приглашение принять участия в Международной конференции министров образования франкоязычных государств в Габоне при отсутствии аналогичного приглашения в адрес федерального правительства. Учитывая значительную активизацию культурных и других связей между Квебеком и Францией, официальная Оттава не без основания увидела инициативу последней в действиях упомянутого африканского государства.
Неустойчивость положения в Квебеке, растущее социальное недовольство, требования и ожидания перемен были симптомами нестабильности в социальной и политической области. Начались поиски путей к выходу из стагнации либеральной партии, к изменению в руководстве либеральной партии, восстановлению ее силы. Нужна была новая политическая фигура. Ею стал профессор из Монреаля франкоканадец Пьер Эллиот Трюдо. В 1968 году он был избран премьер-министром Канады. Его правительство четко осознавало опасность создания прецедента, который де-факто способствовал бы утверждению Квебека в качестве независимого субъекта международных отношений. Поэтому официальная Оттава заняла жесткую позицию, считая, что лишь она может представлять интересы всей Канады во внешней сфере. Путем определенного давления и компромиссов правительству удалось решить вопрос участия делегации Квебека в Международной конференции министров образования франкоязычных государств в Габоне, в частности, договорившись о том, что официальная делегация Канады будет возглавлена федеральным представителем при заместителе-представителе от провинции Квебек. Выход Шарля де Голля с политической арены и победа Либеральной партии на выборах в Квебеке позволили разрядить ситуацию и определенным образом нормализовать впоследствии канадско-французские отношения.
Пьер Эллиот Трюдо

Проблема национального единства в деятельности правительства П. Трюдо сразу заняла важное место. В предвыборной кампании либеральная партия обещала провести комплекс мероприятий, призванных ослабить остроту франкоканадского национального вопроса. Важной мерой стало принятие в 1969 закона об официальных языках, а также ряда других решений правительства о расширении представительства франкоканадцев в учреждениях и службах федерального подчинения. Закон 1969 г. провозгласил равенство английского и французского языков во всех звеньях федерального государственного аппарата; в районах, где число говорящих на втором языке превышало 10%, должен был применяться принцип двуязычия. Закон также предписывал государственным чиновникам изучать французский язык на специально созданных курсах.
Программа двуязычия .не дала того эффекта, на который рассчитывало правительство. Дело было не только в том, что чиновники аппарата нередко саботировали осуществление намеченных мер, в частности изучение французского языка, а в западных провинциях местные власти открыто выступали против закона. Программа правительства обходила главный вопрос – вопрос о признании равноправия франкоканадской нации и ее права на самоопределение. П. Э. Трюдо и основной состав кабинета исходили из посылки о том, что нация является государственно-правовой единицей («одна страна – одна нация»). Отсюда сведение всего вопроса к языковым и культурным различиям и в конечном итоге к вопросам регионального развития[5].
Большое значение имело создание в 1968 г. Совета планирования Квебека и подписание соглашения между федеральным правительством и квебекским правительством о плане развития провинции. Капиталовложения, предусмотренные этим планом, на 80% должны были обеспечиваться федеральным правительством.
Пьер Трюдо твердо верил в то, что внешняя политика страны должна, среди прочего, объединять англо- и франкоканадцев. В выступлении по случаю заключения соглашения с Нигером 19 сентября 1969 года он отмечал: «Канада, которая имеет 6 миллионов франкоязычных граждан, является естественной частью семьи франкофонов. Участие в организации Франкофонии является продолжением канадского двуязычия в международном масштабе. Таким образом, это является фундаментальным и в то же время постоянным элементом нашей политики. Я считаю, что наша двуязычность должна проявлятся не только путем сотрудничества среди франкоязычных граждан, но и в нашей внешней политике, в частности, в международных организациях»[6].
Невзирая на такие жесты со стороны Оттавы, непримиримые сепаратисты не оставляли своих планов по созданию «независимого Квебека». Они считали, что существенная дестабилизация политической ситуации в стране подтолкнет федеральное правительство к переговорам с ними. Однако, похищение активистами FLQ в октябре 1970 года Британского атташе торговли Джеймса Кросса и провинциального Министра труда Пьера Лапорта, которое повлекло так называемый «октябрьский кризис».
В связи с террористическими актами экстремистского Фронта освобождения Квебека правительство П. Трюдо пошло на крайние меры, объявив о введении в действие закона о мерах военного времени 1914 г. В Квебек были направлены федеральные войска, произведено 3 тыс. обысков и 500 арестов, что было призвано устрашить провинцию. Даже убийство Пьера Лапорта террористами не привело к изменению позиции правительства, которое лишь дало согласие на выезд похитителей Джеймса Кросса на Кубу в обмен на его освобождение. Только в апреле следующего года чрезвычайное законодательство было отменено. Эти крутые меры имели далеко идущие последствия – в канадском обществе раскол по национальной линии углубился, в Квебеке новый стимул получило политическое сепаратистское движение и возросла популярность Квебекской партии, открывающая ей путь к власти. В то же время стало более очевидным, что в английской Канаде существует непонимание устремлений франкоканадского национального движения. В итоге к началу 70-х годов кризис конфедерации обострился[7].
Таким образом, в результате так называемой тихой революции 60-х годов в провинции был осуществлен ряд мер по усилению роли франкоканадцев в экономике Квебека, развитию государственного сектора в сфере использования природных ресурсов, ослаблению позиций англоязычного меньшинства в различных областях общественной жизни.


[1] Ажаева В.С. От ассимиляции к многокультурности // Российские исследования о Канаде. – М.: Труды РАИК, 1997. – С. 17-19.

[2] Нуриахметов В.Г., Попов Р.В. Опыт канадского федерализма: уроки для канадской федерации? // США. Канада: экономика, политика, культура. – № 3-4. – С. 132.
[3] Голль Ш. де. На острие шпаги. – М.: Европа, 2006. – (Идеологии). – С. 49-51.

[4] Коленеко В.А. Квебекская проблема в послевоенной Канаде. – М.: Наука, 1981. – С. 36-37.

[5] Черкасов А.И. Квебекское общество: национализм или патриотизм? // Восприятие Квебека в России. Научно-просветительский альманах / Под ред. Коленеко В.А. – М.: АИКВР, 2001. – С. 139.

[6] Canada Has a Future: A Look at Canada's Next 20 Years by the «think tank» Experts Whose Business Is Knowing the Future І Preface by K. Kahn. Toronto: McClelland and Stewart, 1999. – P. 27-29.

[7] Данилов С.Ю., Черкасов А.И. Двенадцать лиц Канады. – М.: Наука, 1987. – С. 112-114.